Автопортрет Ван Гога: наши раны некрасивы, но красива история их исцеления
Пять самых неверно цитируемых стихов из Библии
15.09.2017
«День благодарения» в Украине: новый уровень узнаваемости для протестантов
19.09.2017
Показать все

Винсент ван Гог - Автопортрет с перевязанным ухом (1889, Институт Курто) Wikipedia

Когда я учился в старшей школе, на уроке искусства мне дали задание нарисовать автопортрет и ходя туда и назад от зеркала к бумаге, я пытался нарисовать то, что я видел. Проблема была еще в том, что я хотел улучшить ту картинку, какую я видел – сделать поярче глаза, более точеный нос, больше резкости в моих скулах, и поменьше детского личика.

И вот что меня постигло – портрет кого-то, кто в действительности не был похожим на меня.

Ван Гог – измученная душа

Винсент Ван Гог (1853-1890) создал более сорока автопортретов. Некоторые совсем неправдивые. Был один, когда он увлекался японским искусством, где он передал себя с выбритой головой и азиатскими глазами буддийского монаха. Но один из его портретов выделяется предельной честностью. Он называется «Автопортрет с перевязанным ухом». Он написал его в январе 1889 году – в том же году, когда он написал «Звездную ночь» и за год до того, как застрелил себя.

Если вы знаете что-то о Ван Гоге помимо его творчества, то наверняка о его измученной душе. Его мучила депрессия, паранойя и публичные нервные срывы, которые были настолько смущающими, что в марте 1889 года (через два месяца после написания «Автопортрета с перевязанным ухом») 30 соседей из поселка Арль, Франция, подали заявление в полицию, чтобы те разобрались с этим fou roux (рыжеголовый сумасшедший). Полиция отреагировала: его выгнали из его съемной квартиры в Желтом доме, который стал известным благодаря его картине «Спальня в Арле».

Вскоре после уведомления о выселении, Ван Гог согласился на богадельню для душевнобольных людей в г. Сент-Пол, что в Сен-Реми-де-Прованс. В те дни большинство психологических расстройств назывались «помешательством». Депрессия, подрывающая силы? Помешательство. Маниакально-депрессивный психоз? Паранойя? Ранняя стадия эпилепсии? Помешательство. Лечение от помешательства включало в себя пребывание в богадельне.

«Рыжеголовый душевнобольной» зарегистрировался и остался в г. Сен-Реми на год, с мая 1889 года по май 1890 года.

Чем он занимался как пациент в Сен-Реми? Он писал картины. Фактически, самые известные работы Ван Гога были созданы в стенах психиатрической больницы: «Ирисы», «Звездная ночь» и «Пшеничное поле с кипарисами». Он писал сады, парки и коридоры психиатрической больницы. Он также писал поля, которые виднелись за стенами психиатрической больницы и оливковые рощи, по которым прогуливался, когда выходил из территории. Ван Гог писал портреты других пациентов и тех, кто о нем заботился. Он написал свои собственные версии работ других художников, которые ему нравились.

Он писал свои автопортреты. Ван Гог написал более 140 картин за год пребывания в психиатрической больнице, по одной картине каждые три дня. Этот период жизни принес много красоты, но его также сопровождало много унижения и общественного неприятия.

Ван Гог и его ухо

Что привело Ван Гога к тому, что он записался в психиатрическую больницу? Что заставило его соседей подумать, что он сумасшедший? Почему они подали заявление в полицию, чтобы его выселили из города? Было много факторов, способствующих случившемуся. Но самый очевидный эпизод произошел несколькими неделями раньше, когда он и его сосед по квартире – художник-импрессионист Поль Гоген – рассорились. Ван Гог взял лезвие для своего уха, отрезал мочку уха, завернул в бумагу и передал местной женщине легкого поведения по имени Рэйчал. Когда он вручил ей сверток, пропитанный кровью, то попросил «заботливо охранять этот предмет».

Винсент Ван Гог – Автопортрет с перевязанным ухом (1889, Институт Курто) Wikipedia

Весть об этом всплеске эмоций распространилась быстро, и уже на следующее утро полиция обнаружила его спящим на своей кровати, покрытой кровью. Они забрали его в больницу, где он начал осознавать цену того, что потерял. Его сосед по комнате, друг и художник уехал, и Ван Гог почувствовал себя ответственным за это. Его тело было навсегда изувечено. Соседи знали эту историю.

Добавим к ущербу еще и обиду – тогда, как Ван Гог отрезал свое ухо, он был восходящей звездой в мире искусства. После нескольких лет неизвестности, его работа начала привлекать внимание творческого общества. Он был близок к прорыву. И на вершине всего, его публичная выходка с окровавленным ухом, которая привела к его выселению и удержанию в психиатрической больнице, принесла вместе с тем гору унизительного профессионального стыда.

Хотя даже в больнице Ван Гог продолжал делать то же, что и раньше: он писал картины. Он как минимум написал два автопортрета с перевязанным ухом, передавая момент его наибольшего стыда.

Наш правдивый автопортрет

Если вы чем-то похожи на меня, то вам тоже тяжело передать правдивый автопортрет, потому что хочется скрывать то, что некрасиво. Мы хотим спрятать то, что испорчено, хотим предстать красивыми. Но когда мы так делаем, то прячем то, что нужно исправить – все, что доверяем Христу на исправление. Мы это делаем, и забываем, что то, что было исправлено, теперь прекрасно.

В моем офисе висит «Автопортрет с перевязанным ухом» Ван Гога. Он напоминает о том, что если я буду рисовать свой автопортрет неправдиво, буду притворяться, будто у меня все хорошо и мне не нужна помощь – то я скрою от других свою надломленность. Эта картина должна разоблачать наши сердца.

Хотим ли мы признаваться в том, что в нас есть много неправильного? Насколько сильно мы хотим признать, что наши раны требуют перевязки, и что мы отчаянно нуждаемся в «психиатрической больнице»? Если мы не в силах принять эту правду, то как кто-либо сможет увидеть в нас Христа? Или хуже, какого Христа они в нас увидят?

В случае Ван Гога мы находим щепотку иронии. «Автопортрет с перевязанным ухом», в котором он показал свою духовную и социальную нищету, сегодня стоит миллионы. Картина, в которой он раскрывает момент, определяющий его стыд и нужду в спасении, стала произведением искусства, которую мало кто может позволить себе купить.

Но разве не так Бог смотрит на людей? Мы предстоим пред Ним во всем своем несовершенстве, но в тоже время мы представляем собой невообразимую ценность. Это то, как мы должны видеть других, и то, как мы хотим, чтобы смотрели на нас – надломленных, но бесценных.

В «Возвращении блудного сына» Генри Нувен написал: «Наша беспомощность не имеет другой красоты как той, что приходит от сострадания, которое ее окружает». Наши раны некрасивы, но красива история их исцеления.

Как мы сможем рассказать историю нашего исцеления, если прячем раны, которые в нем нуждаются?

Источник: Расс Рамси,  Thegospelcoalition.org

Перевод: Виктория Ширченко, для emmanuil.tv

Добавить комментарий